Вопреки тому, что многие думают, фиолетовый оттенок не является разновидностью пурпурного. Главное различие кроется в природе происхождения: у фиолетового, как и у всех тонов естественной радуги, есть собственная длина световой волны. Красный и оранжевый, жёлтый и зелёный, синий и голубой — эти все цвета реальны. А вот фиолетовый, как ни странно, — всего лишь уловка, с помощью которой наш мозг разрешает путаницу. Когда человек одновременно видит конфликтующие цвета, его зрительная система не знает, как их интерпретировать, и в результате «склеивает» их в восприятие фиолетового. В реальности же такого цвета не существует.
Доля видимого спектра во всём многообразии электромагнитных волн составляет ничтожную величину — 0,0035 процента. Цвета становятся доступными нам благодаря миллионам колбочек на сетчатке — светочувствительных клеток, реагирующих на попадающие лучи. Мы видим только волны длиной от 350 до 750 нанометров, поэтому ультрафиолетовый свет (слишком короткая волна) и инфракрасный (слишком длинная) остаются для нас невидимыми. Колбочки посылают электрические сигналы в таламус, а затем в зрительную кору головного мозга. Там, сравнивая интенсивность поступивших сигналов, мозг определяет, на какой именно цвет смотрит человек, и способен различить до миллиона оттенков.
Проблема с фиолетовым возникает потому, что невозможно получить цвет из волн, расположенных на противоположных краях спектра. Чтобы компенсировать это противоречие, мозг сворачивает линейный спектр в кольцо, и две крайние точки смыкаются, порождая иллюзию фиолетового. Это удивительное явление из области нейробиологии и физики заставляет нас видеть так называемый неспектральный цвет, который, тем не менее, заслужил репутацию оттенка благородства, королевской власти, маги и таинственности.
Цветные океанские шлейфы заставили ученых задуматься.
